Сергей Довлатов
 VelChel.ru 
Биография
Хронология
О Довлатове
Галерея
Рисунки
Афоризмы Довлатова
Романы
Повести
Рассказы
Виноград
  Ариэль
  Игрушка
  Хочу быть сильным
  Блюз для Натэллы
  Эмигранты
  Победители
  Чирков и Берендеев
  Когда-то мы жили в горах
Литература продолжается
Интервью
Статьи
Ссылки
 
Сергей Донатович Довлатов

Рассказы » Виноград

И Бала хватался за голову. И шестнадцать тонн опять превращались в девять. А потом - в четырнадцать. А после этого - в две с четвертью. А потом опять наконец - в шестнадцать тонн.

И с платформы доносилось знакомое:

Я подару вам хризантему...

А еще через пять минут звучали уже другие и тоже надоевшие слова:

Я несчастный Измаил...

Начинало темнеть, когда бригадир сказал в последний раз:

- Мое окончательное слово - тысяча шестьсот Причем сейчас, вот здесь, наличными... Отвечай, чингисхан, только сразу - годится?

Гортанно выкрикнув: «Зарэзали, убили!» - Бала решительно сел на край платформы. Далее - ухватившись за подошву ялового сапога, начал разуваться. Тесная восточная обувь сходила наподобие змеиной кожи. Бала стонал, извлекая рывками жилистые голубоватые ноги, туго обложенные денежными купюрами. Отделив небольшую пачку сторублевок, восточный человек шепнул:

- Бери!

Затем он вновь укутал щиколотки банкнотами. Закрепил их двумя кусками розового пластыря. Опять натянул сапоги.

- Где твой «Казбек»? - нахально спросил бригадир.

Восточный человек с неожиданной готовностью достал третью пачку. Обращаясь к бригадиру, вдруг сказал.

- Приезжай ко мне в Дзауджикау. Гостем будешь. Барана зарэжу. С девушкой хорошей тебя позннакомлю...

Мищук передразнил его:

- С бараном познакомлю, девушку зарежу... Какие там девушки, батя? У меня старшая дочь - твоя ровесница...

Он подозвал тетю Зину. Дал ей сто рублей, которые она положила в термос. Затем дал каждому из нас по сотне.

Бала хотел обнять его.

- Погоди, - сказал бригадир.

Затем порылся в груде брошенной одежды. Достал оттуда бюст Чайковского. Протянул его восточному человеку.

- Это тебе на память.

- Сталин, - благоговейно произнес восточный человек.

Он приподнял зеленую кепку с наушниками. Хотел подарить ее бригадиру. Потом заколебался и смущенно выговорил:

- Не могу. Голова зябнет...

В результате бригадиру досталась еще одна пачка «Казбека».

Бала шагнул с платформы в темноту. Из мрака в последний раз донеслось знакомое:

Я подару вам хризантему...

- До завтра, - сказал нам бригадир...

А закончился день самым неожиданным образом. Я подъехал к дому на такси. Зашел в телефонную будку. Позвонил экстравагантной замужней женщине Регине Бриттерман и говорю:

- Поедем в «Асторию».

Регина отвечает:

- С удовольствием. Только я не могу. Я свои единственные целые колготки постирала. Лучше приходите вы ко мне с шампанским... Лялик в Рыбинске, -добавила она.

Ее пожилого тридцатилетнего мужа звали детским именем Лялик. Он был кандидатом физико-математических наук...


В тот день я стал мужчиной. Сначала вором, а потом мужчиной. По-моему, это как-то связано. Тут есть, мне кажется, над чем подумать.

А утром я занес в свой юношеский дневник изречение Хемингуэя:

«Если женщина отдается радостно и без трагедий, это величайший дар судьбы. И расплатиться по этому счету можно только любовью...»

Что-то в этом роде.


Откровенно говоря, это не Хемингуэй придумал. Это было мое собственное торжествующее умозаключение. С этой фразы началось мое злосчастное писательство. Короче, за день я проделал чудодейственный маршрут: от воровства - к литературе. Не считая прелюбодеяния...

В общем, с юностью было покончено. Одинокая, нелепая, безрадостная молодость стояла у порога.

Страница :    << 1 2 3 4 [5] > >
 
 
    Copyright © 2017 Великие люди - Сергей Довлатов